Алекс (alexalexxx) wrote,
Алекс
alexalexxx

Gus Van Sant (уроки французского)

 

Р
ассказать историю любви на фоне одного из парижских кварталов - непростая задача для  двадцати режиссёров из разных стран мира в фильме "Париж, я люблю тебя" / Paris, je t`aime.

Одна из новелл  - Le Marais - принадлежит  Гас Ван Сенту. Это история встречи двух парней в квартале Марэ (возможно даже, кино-привет автора - Кокто и Жану Маре, чей псевдоним связан с этим местом Парижа).  

Вся новелла легко уместилась в слайд-фильм, который можно назвать: "уроки французского". Симпатия, разрушающая границы и связывающая двух человек - поверх  барьеров, языка и культур, - основная тема сюжета. И это тот случай, когда раскадровка прибавляет симпатии к фильму, а не уменьшает её.

 слайд-конспект  (кликнув кадр, можно открыть следующий).

Le Marais





Небольшое парижское издательство.



Мастер: - Добрый день!
(рабочему) Али, налей нам вина.
Давайте посмотрим... (рассматривает рисунки, принесённые Гаспаром).



Али приносит вино.



Взгляд героя вслед... (снимает куртку)



 

Дама (мастеру): - Великолепно. У вас есть что-нибудь такого же цвета?

Гаспар: - Она говорит, главное, найти такой же оттенок красного...

Мастер: - Понятно.

Дама: - Это почти кроваво-красный. Но я не знаю, кровь ли это. Мы использовали кровь, Гаспар?

Гаспар: - Нет, кажется, это была автомобильная краска. Да, это была автомобилная краска... 

Мастер: - Ясно!

Гаспар: - Это была смесь...
Мастер (даме): - Пойдёмте, поищем в мастерской.



Осматривается и подходит к Али.



- Мы не знакомы? Кажется, мы где-то встречались. Где ты живёшь? Я живу в семнадцатом. Могли мы видеться в моём районе?


...- Ты не слишком болтлив...



- Не знаю… Мне кажется, что я тебя где-то видел… В тебе есть что-то мистическое. Какое-то особое излучение. Ты веришь в духов? Я верю до глубины души...



- Возможно, мы были знакомы в другой жизни? В других краях?...



- Огня? Прикурить?



Али: - Спасибо!  (облачко его дыхания повисает в воздухе как зыбкий мостик).





Гаспар: - Удивительно, - едва тебя увидев, я захотел заговорить с тобой… Как будто… Не знаю… Это сильное, странное чувство… Я подумал, что если уйду не заговорив с тобой, то пройду мимо чего-то очень важного...

 

- Красиво! (оглядывается) Ты работаешь в красивом месте...



- Я не хотел упускать возможность поговорить, потому что… это глупо… я не хотел…
Можно? (садится к столу)



...- Ты веришь в родство душ? В свою вторую половину?





- А ты любишь джаз? Да? Чарли Паркер... Курт Кобейн… Я обожаю Курта Кобейна....
(пауза)  Ладно, не важно…



- Вот мой телефон. Мне будет очень приятно с тобой пообщаться. Если ты позвонишь, поговорим серьёзней. А главное, дольше. Дольше, чем сейчас. Держи! 

 

Али: - Большое спасибо!

 

Мастер: - Готово! Удачи вам

Дама: - До свидания!

Мастер: - Что случилось?

Али: - Не знаю, Кристиан, он дал мне это...
Мастер: - Номер телефона?



Али: - Я не понял, что он говорил. Я плохо понимаю по-французски. Он говорил фразы, которых нет в моём разговорнике…

Мастер: - Позвони ему и всё узнаешь.



Мы видим, как Али выходит на улицу, его синяя униформа отброшена к порогу, словно он принял какое-то решение...



Он бежит по парижским улицам - мимо кафе, ортодоксов в шляпах  у синагоги , - и это бег уже немного другого человека. Свободного и открытого миру. Затем его фигура теряется в городской суете...

    

необязательный  p.s.

У хороших режиссёров нет случайных реплик и деталей. Кадр организован как текст, понятный для чтения. И какое-нибудь гипсовое ухо (студийная атрибутика на полке типографии) метафорически уточняет происходящее в диалоге: желание расслышать другого, пробиться к его сердцу. Хотя, почему -  «диалоге»?

 

Скорее, это атаки одного на глухую оборону другого… 
 

В конечном счёте, речь идёт о выяснении подлинности вспыхнувших чувств: кровь это или автомобильная краска? Жизнь или её эрзац? Не случайно на словах: «кроваво-красный» герой стягивает с себя куртку (кожу / покров / защиту),  - оставаясь открытым и подлинным. Родство душ можно прояснить лишь прикасаясь к другому исключительно собственной кожей.  Кровью, а не краской…  

 

«Мы использовали кровь, Гаспар?» - спрашивают его в начале; и вся новелла Гас Ван Сента – это ответ на главный вопрос.

 

Диалог Гаспара и Али (почти монолог) – это поиски словаря  для сближения, хотя сложности понимания – не исчерпываются только языком. Вырвать другого из мира его штампов (социальных, национальных, сексуальных) – всё равно, что идти на штурм социальных устоев, укоренённых в человеке.

 

Мистическое родство душ (о котором говорит Гаспар) интуитивно бывает понятно с самого начала, но к нему ещё надо пробиться.

 

На этом и строится главная роль: атака в несколько бросков – от темы к теме…

 

Поначалу – самое простое:  «Где мы могли раньше встречаться?» Отклика нет, и атака отбита.

 

Далее – к сложному. Гаспар пытается объяснить, почему для него так важно достичь понимания. Чего он хочет – от Али, от себя, от их общения, напоминающего военный штурм.

И это сложное (как любое сложное) - невнятно, наполнено обмолвками и смущением..  Оно ускользает от слов и формул…

 

«Ты веришь в родство душ?»…«В тебе есть что-то мистическое»…«Я понял, что если не заговорю с тобой, то упущу что-то важное»…

 

Что это? Флирт? Но разве так «кадрят» ? С таким смущённым поиском подходящего языка? Флирт всегда идёт дорогой удачных штампов...  Видимо, это всё же любовь, начало любви или сама её возможность, когда контуры чувств зыбки и неочевидны. Но уже есть мощное предощущение родства, когда нечто в человеке говорит ему о важности встречи.

 

Новая атака Гаспара - также на грани провала: в словаре Али нет усложнённых конструкций, хотя ответ всё же есть, - только он не вербальный.

 

Огонь зажигалки,.. затяжка.., -  движение камеры заворожённо следит за облачком дыхания, которое зыбко летит навстречу сложным «конструкциям» Гаспара, - как неясный и смутный мостик  - поверх словарей и барьеров…

 

Поверх непонимания – просто живое облачко отклика (на  протянутый кем-то огонь) – ответное дыхание навстречу....

 

Именно в иррациональном и есть надежда выйти за пределы самих себя.

«Ты любишь джаз?»… И - улыбка Гаспара, который, кажется, нащупал путь навстречу.

 

Камера всё время смотрит так, что мы не видим статичное лицо Али, маску его непонимания. Зато подробно следим за оттенками чувств Гаспара – нюансами его чувств и любовных стратегий..

 

Это лицо, отражающее сразу двоих и говорящее за обоих (особенно сложная задача для актёра – играть не только напор своего героя, но и чужое отторжение).

 

Наконец, Гаспар протягивает свой телефонный номер и мы замечаем, что он записал его левой рукой. Вряд ли это оказалось бы важным в жизни, но не для языка фильма. Здесь это жест от сердца…

 

Подошедший мастер удивлён переменой в подсобном рабочем и интересуется, что случилось? «Позвони, и ты всё узнаешь»,- говорит он.

 

Да, конечно, узнаешь. Включая себя самого. 

 

Финальный бег Али по улочкам Парижа – ответ героя не только Гаспару.  Это путь к самому себе.

 

Его рабочая куртка радикально отброшена к порогу конторы, где он до сих пор был лишь безгласной функцией, никому не интересным чужаком в бурлящем городе. Возможно, он интуитивно чувствует, что только любовь может ответить, кто он на самом деле. Шанс на любовь (и на открытие себя)  - теперь связан для него с Гаспаром, - парнем, который чудесным образом разглядел в нём то, о чём не знал Али.

 

Освобождаясь от униформы (как и Гаспар, сбрасывая кожу), он обретает в конце новеллы ту подлинность, которую угадал в нём художник (вечный сюжет о Пигмалионе)… Это бегство к словарю от разговорника, к безграничности любви, культуры, жизни – от набора убогих схем. 

 

Мимо Али проносится синагога с мрачными ортодоксами (все догматы и табу – мимо, мимо!). Но это могла бы быть и мечеть, - уже из другой новеллы, где любовь соединяет (поверх догматов) мусульманку и парижского паренька (как у Гас Ван Сента она соединяет двух парней).

 

"Париж. Поверх барьеров", – скорее всего, именно так может быть названа тема фильма.

 

О чём же ещё - этот странный сюжет режиссёра? Искусственный,  реальный, символичный и банальный одновременно?

 

«Совращение натурала»? «Любовь с первого взгляда»?, «Опасные связи»? «Уроки французского»?

Видимо, всё это, вместе взятое - в едином сплаве возможностей любой из этих версий.

 

От высокой любви – до банального "съёма". Каждый волен прочесть фильм по-своему. Но бесспорно одно: это история о поиске языка и условности всех барьеров.  

***  
(Наташе - catch_life -  вместо новогодней открытки! :)

Tags: art
Subscribe

  • "Он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог"

    Недавно один из роликов произвёл на меня впечатление. Крепкого вида чернокожий в бейсболке и спортивных штанах наступает на белую девушку, тыча ей…

  • В гостях у мэра.

    Мэр Саут-Бенда Пит Буттиджич со своим симпатичным собакиным по кличке Бадди. (Чем-то они неуловимо похожи)). Фото из Инстаграма супруга - Частена,…

  • Зорькин обещал нам «равенство» в шкафу.

    Как ожидалось, контора Зорькина выдала порцию «правовой» демагогии. О новых сроках Путина скучно писать (тут всё было ожидаемо). А вот…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments