April 26th, 2008

2021

42,6% опрошенных в сети поддержали идею гей-парада.

 Николай Алексеев на "Эхе Москвы"  ("Разворот") 

А. ПЛЮЩЕВ: Мы продолжаем дневной «Разворот». У микрофона Александр Плющев и Ирина Меркулова. 15:35. И у нас в гостях Николай Алексеев, один из организаторов гей-парада в Москве. Не первый день уже эта тема обсуждается. Вчера выступил Сергей Цой, пресс-секретарь мэра. И сегодня был получен ответ от организаторов гей-парада. Николай Алексеев у нас в студии. Добрый день.

Н. АЛЕКСЕЕВ: Добрый день.

А. П.: Вы можете задавать вопросы Николаю. Прежде всего о том, как же будут развиваться события? Сегодня Вы говорили о намерениях соратников ежедневно в течение всего мая проводить в столице по пять шествий в поддержку прав секс-меньшинств, в ответ на то, что власти Москвы запретили вам проведение несанкционированных акций, намеченных на 1-2 мая. Как это будет выглядеть? Ежедневно, по пять…

Н. АЛЕКСЕЕВ: Первый вопрос, который я хочу уточнить, это о том, что информация о том, что должно происходить в мае, исходила от московского правительства, а не от нас, как организаторов.

И. МЕРКУЛОВА: Вы парад не планировали?

Н. АЛЕКСЕЕВ: Первый и второй проект, который был в 2006-2007 году, мы сами подавали заявку, сразу информировали СМИ и этот вопрос стал муссироваться. На этот раз мы решили, что должны достичь какого-то компромисса с московскими властями для того, чтобы провести, я подчеркиваю, не парад в том понимании, в котором он есть на Западе, скажем, в Сиднее, в Бразилии или ещё где-то.

А. П.: Вы имеете ввиду внешние атрибуты?

Н. АЛЕКСЕЕВ: Конечно. Мы хотим третий год подряд провести правозащитное гей-шествие для того, чтобы заявить о своих правах, которые нарушаются в России. Это первый вопрос. Московские власти в очередной раз не захотели искать никакого компромисса с организаторами, они сразу же заявили о том, что они запретят все с самого начала, до самого конца. Мы изменили свою тактику действий. В этом году мы решили подавать с 1 по 31 мая заявки каждый день, по пять заявок на пять разных маршрутов, пять разных шествий. Для того, чтобы после этого мы все эти шествия обжалуем в российских судах и доведем все 155 дел до Европейского суда.

И. М: То есть, если разрешения не будет, вы проводить ничего не будете?

Н. АЛЕКСЕЕВ: Нет, здесь ситуация такая. Сейчас, на данный момент мы обязательно будем проводить шествие, которое мы и планировали, как мы это делали в 2006-2007 гг. Это шествие пройдет. Вопрос только остается за тем, по какой именно из заявок, которые мы подали, мы реализуем свое право на свободу выражение и свободу проведения публичных собраний.

И. М: Если их все отклонят?

Н. АЛЕКСЕЕВ: Мы сами выберем те заявки, по которым мы будем проводить. Потому, что мы по закону обязаны уведомить московские власти о проведении мероприятия. Мы это сделали. В частности, сейчас поданы заявки на 1,2,3,4,5 мая. Эти заявки уже поданы. Завтра будут поданы заявки еще на три дня, на следующие три дня. И так будет продолжаться до середины мая, потому, что по закону мы не можем все подать.

И. М: Вы решили не мытьем, так катанием.

Н. АЛЕКСЕЕВ: Если бы московские власти, я уже сегодня говорил об этом, если бы они пошли на компромисс и разрешили одно мероприятие, хотя бы в форме пикетирования на Пушкинской площади, где не надо перекрывать движение, где можно обеспечить безопасность, мы бы пошли тоже на этот компромисс и отозвали все другие заявки, которые мы подали. Мы с самого начала готовы на компромисс. Московские власти изначально ни к чему не готовы. Они с нами никогда не встречались для обсуждения этого вопроса. Наш представитель пришел в мэрию во вторник, когда было совещание по тем мероприятиям, которые должны проводиться 1,2 мая. И он должен был быть включен в список на проход в мэрию. И даже этого они не сделали, хотя они настаивали на нашем присутствии.

А. П: Ну вот смотрите, на самом деле, московские власти, как мне кажется, очень четко осознают аудиторию, очень четко знают свой народ. Я смотрю смс, которые пришли нам с начала нашего эфира. Вот их тут 10 штук сейчас. Из них ни одного, который был бы не то, что в поддержку, а, допустим, с неким желанием понять.

И. М: Почему? Татьяна пишет: «Хочу парад, как в Берлине».

А. П: Вот одно. Мы не можем понять, ирония это или нет. Я не могу даже половины из них прочитать, потому, что они нецензурные. Власть чувствует свой народ. Разве это плохо?

Н. АЛЕКСЕЕВ: Нет, власть не чувствует свой народ. Власть занимается популизмом. Я могу привести пример испанского премьер-министра Запатеро, который легализовал однополые браки, несмотря на то, что по улицам ходили многомиллионные шествия католиков, во главе с лидерами кателической церкви, епископами. Папа Римский писал королю, чтобы он заблокировал этот законопроект. И ничего у них не вышло. Потому, что мы живем в демократическом, свободном государстве, где каждый имеет право выразить свое мнение. Я всегда говорю, что я не против того, чтобы кто-то высказывал свое мнение против гей-прайдов, против шествия геев и против гомосексуальных отношений. Это их тоже право. В этом случае они также имеют право подать заявку на проведение публичного мероприятия и его провести. Здесь вопросов нет. На этой же улице в другое время, или на параллельной улице в это же время. Но отказать в этом праве власти не могут. У нас нет в законе понятия, как отказ в согласовании, если цели мероприятия соответствуют Конституции, если мы никак не нарушаем Конституцию. А московские власти никогда не подвергали это сомнению.

А. П: Николай! О какой демократической стране Вы говорите, если у нас понятие демократия понимается совсем не таким образом, как понимаете Вы, как свободу выражения мнения. Это диктат большинства над меньшинством. Это совершенно очевидно. И с этим очень сложно спорить. Большинство решило, никаких геев, мы и слышать про них не хотим! «Идите, гуляйте в деревню!» - тут пишут.

Н. АЛЕКСЕЕВ: Все зависит от того, как рассматривают российское государство. Мы считаем, что своими акциями и своими заявками мы подвигаем немного российское общество для того, чтобы оно стало более свободным и более демократичным. Для того, чтобы каждый в нем мог выразить свое мнение. Мы, конечно же, победим. Мы получим это право и, безусловно, будет ли это через Европейский суд, где две наши жалобы уже лежат по 2006 и 2007 году, будут ли это какие-то компромиссы со стороны московских властей, я не знаю. Но мы обязательно это право получим. И тогда московские власти… Вы знаете, чего они боятся? Они боятся не шествия геев по улице и не противостояния со стороны противников, потому, что вы прекрасно понимаете, что два автобуса с ОМОНом без проблем обеспечат безопасность любого публичного мероприятия в России.

И. М: А чего они боятся?

Collapse )