November 20th, 2009

сентябрь

Соммерсет Моэм и Джералд Хэкстон

Наталья Голицына (Лондон) // Радио «Свобода», 19 ноября, текст полностью

В Великобритании опубликована новая биография Сомерсета Моэма. Ее автор, писательница Селина Хастингс, стала первым биографом Моэма, получившим разрешение Королевского литературного фонда ознакомиться с частной корреспонденцией писателя, которую Моэм распорядился никогда не публиковать. (…)

- Вы пишете, что секс был одним из хобби Моэма. Какую роль играл секс в его жизни?

- В физиологическом смысле он был гиперсексуален, как, впрочем, многие творческие личности. Кроме того, секс для него был одним из способов сближения с людьми. Но проблема состояла еще и в том, что его считали холодным, непривлекательным человеком, что было неправдой, но в этом проявлялась его манера поведения. С помощью секса он мгновенно преодолевал это расхожее представление.

Моэм был бисексуалом. Однако с возрастом его гомосексуализм стал превалировать. У него было немало романов с женщинами, он любил их. И если бы женился на своей любимой - актрисе Сью Джонс, с которой у него был длительный роман, этот брак мог бы стать для него счастливым, потому что она очень снисходительно относилась к его гомосексуальным связям.

Моэм был влюблен в Джералда Хэкстона, с которым у него сложилась очень длительная связь. Хэкстон был американцем и на двадцать лет младше него. Очаровательный молодой человек, однако очень беспутный – пьяница, страстный игрок с неуправляемым и опасным характером. Одной стороне личности Моэма это нравилось. Другая его сторона была очень разборчива и моралистична. Но Моэма всегда притягивали мошенники, плуты, негодяи и разного рода мелкое жульё – он находил их привлекательными.

+Collapse )
Tags:
сентябрь

20 ноября. День как день

 

школьное пижонство )

***
Р
ешил разобрать старые тетради, - начиная со студенческих времён... Пошарить в ящиках, где пылится прошлое. Что-то вроде свидания с собственной юностью. Или с самим собой.

Как люди разных поколений, мы взглянули друг на друга с некоторым удивлением, хотя учить и что-то менять в другом никто из нас не рискнул... :)

С некоторыми текстами я тогда определённо поторопился. Что имелось в виду, - становится понятно только сейчас. И это вызывает удивительное ощущение "интуиции наоборот", повёрнутой в прошлое.

Впрочем, день как день, 20 ноября, я давно уже его не отмечаю. Только снег за окном кажется каким-то более эмоциональным и личным событием (привычка отсчитывать дни рождения в снегопадах). Снег для меня - это всегда надежда и ощущение новой жизни..

..Какой же это год? Напечатано на машинке, - югославской переносной машинке с волнующим запахом ленты и цинковых литер, - которую тоже хорошо бы достать из тёмного кейса (как из памяти - друга). В конце-концов, она мне ближе и роднее, чем компьютер. :)

Техника молодеет, мы стареем; пока не случится так, что старенький дедушка склонится над ноутбуком, с удивлением вспоминая студента за гремящим чудовищем, купленным в "канцтоварах" на первую стипендию... Уже и магазина этого нет, и первой машинки, - и ты всё больше чувствуешь себя предателем любимых когда-то вещей..

..Какой же это год, какой курс? Пожелтевший листок, вложенный в общую тетрадь..

Тихо ветшают

краски в палитре сада.


Ржавые души

листьев - на поле боя –

в пёстрых шеренгах

маленького парада

времени –

долговечнее нас с тобою.

Пахнет развязкой

в ветхом сюжете кроны:

йодом и ядом –

в гари сырого дыма.

Парусом снега,

зимним глотком озона,

давней любовью,

тихо плывущей мимо.
 

Tags: ,