Алекс (alexalexxx) wrote,
Алекс
alexalexxx

"Ах, какой был мужчина, - настоящий полковник"...

                                                                                                                                              Для Gayrussia.ru
Как полковник Баранов отменил приказ министра Нургалиева

 

Наш яркий и показательный диалог состоялся утром 17 мая, перед отправкой дела в суд, после ночи, проведённой в «обезьяннике» ОВД «Раменки» и лично для меня оказался лучшим подтверждением  правового хаоса и дремучего невежества, прочно засевших в мозгах милицейского руководства.

 

Зам. начальника УВД по Северо-Восточному административному округу Москвы полковник юстиции Баранов не мог не знать о незаконности нашего задержания на 48 часов по статье 20.2 за административное правонарушение, и тем не менее решил побеседовать с «гомосеком» на тему правопорядка. 

 

Меня же в этом разговоре интересовало главное: почему для гей-сообщества отменён «заявительный порядок» проведения шествий в Москве и ни одна из более чем ста акций не была «согласована» именно для геев. А также, как в условиях отмены для нас 31-й статьи Конституции можно изображать «правовую невинность», удивляясь, что геи «нарушают установленный порядок проведения пикетирования» (как сказано в протоколе) и выходят на свои акции в соответствии с «законом прямого действия» - Конституцией России?

 

Диалог начался с того, что полковник юстиции не увидел никакой разницы между «не согласованием» и «запретом». «Вам же запретили ваши шествия; выходя на них, вы нарушили закон!», - картинно негодовал он. И никак не мог понять, что «запрет» без предоставления альтернативных вариантов является нарушением базовых прав человека. Моя ссылка на омбудсмена Лукина, утверждавшего недавно, что «заявительный порядок проведения мероприятий не должен превращаться в разрешительный» - вызвала почти негодование: «Вот и обращайтесь теперь к своему Лукину, но на территории нашего округа гомосекам не будет разрешено проводить никаких таких шествий!».

 

«Для офицера МВД не должно существовать никаких «гомосеков» (не оставлял я попыток просветить полковника юстиции), - для него существуют только граждане, чьи права он и обязан соблюдать. Это его работа, ему за это зарплату платят. И мои политические права гея ничем не отличаются от прав полковника и натурала.

 

Хватит ссылаться, наконец, на традицию, религию или мифическое «оскорбление нравственных норм большинства», - вся эта «лирика» никак не способна отменить конституционных прав, гарантированных каждому человеку (а не то что «меньшинству») основным законом.

 

Не так ли, г-н полковник (как-никак) юстиции?  
 

В конце концов, миллионы российских геев платят налоги и содержат полковника Баранова (вместе со всем его УВД), - и они вправе рассчитывать, что сотрудники будут защищать их законные интересы в соответствии с присягой и приказами министра Нургалиева, - а вовсе не исходя из православной морали, «гос-идеологии» или взглядов левой пятки полковника…

 

Тем временем, комичная пикантность разговора заключалась в том, что девятичасовое присутствие в зале ОВД «Раменки» позволило нам подробно изучить не только красочные портреты министра МВД и президента-«правоведа», но и (на беду руководства) огромный постер с текстом Приказа министра, в котором Нургалиев категорически «требовал» от «личного состава» безусловно «соблюдать права и свободы человека», а также действовать «строго в соответствии с нормами Конституции РФ». Категоричность министерского требования, правда, наводила на подозрение, что нормы эти в обычной практике никак не хотят соблюдаться «личным составом», что и вынудило отчаявшегося министра вывесить огромные плакаты на видных местах всех московских ОВД.

 

Но даже ссылка на Приказ непосредственного начальства ничуть не смутила г-на Баранова, который смотрел на меня, как на нового «врага народа» или, как минимум, «подрывной элемент».

 

«Верно ли я понимаю (пришлось поинтересоваться  напоследок), что нормы российской Конституции (в части прав человека) и приказ министра Нургалиева на ту же тему – не будут Вами исполняться на территории Северо-Восточного административного округа, а геям по-прежнему будет отказано в праве на мирные акции?» «Можете в этом даже не сомневаться, передайте прессе и кому угодно, - ответил зам. начальника УВД, - а если к нам прибудет проверка, то я готов объяснить ей, почему я действую именно так».

 

В беседе «за жизнь», порой отходя от официального языка, он искренне недоумевал, как можно позволить геям открыто ходить по улицам и что он должен отвечать ребёнку, который спросит полковника о «странных дядях»? «Вы женаты? У вас дети есть?» - то и дело пытался он свести правовое к личному.  «Наша государственная идеология не приемлет всего этого безобразия и аморалки, а гомосеки всегда были презираемы и не пользовались никаким уважением в народе», - по-отечески втолковывал мне гомофобный чин. Интересно, что он отвечает ребёнку про обнявшихся на улице натуралов, и сразу ли начинает посвящать детей в тонкости сексуальных технологий, или просто говорит, что эти люди любят друг друга и что это замечательно?

 

«Что ж вы не проводите ваши шествия 23 февраля или в день ВДВ? Вот бы и выяснили заодно, как нормальные мужики к вам относятся», - встревал в разговор обладатель необъятного живота, еле помещающийся на стуле, воодушевлённый видом воображаемой картины. – Трусы вы, никогда вы на это не решитесь! А вот мы вас защищаем от нормальных людей».

 

Сразу было видно, что грёзы о том, как столкнуть (например) шествие неонацистов с парадом 9 мая – также живо волновали его воображение. Зарплату он явно получал не за безопасность граждан, а за их умелое стравливание. В воспалённой фантазии пузатого оппонента странным образом скрестились картины мирных демонстраций и петушиных боёв… И он явно мечтал за государственную зарплату получить ещё и максимум зрительского удовольствия…

 

Трусость ментовских чиновников, до смерти испугавшихся акции семидесяти мирных геев, трусость исполнить положенное по закону и действовать профессионально, - была написана на лице агрессивного гомофоба, пытавшегося свалить собственную немочь на тех, кто не побоялся выйти на законную акцию.

 

«Только представьте, что будет, если вы столкнётесь с толпой протестующих, а милиция между вами вдруг - ррраз! – и снимет свою цепь?» - поддакивал полковник Баранов, картинно разводя руками и показывая, как бы он это сделал...

 

«Вся эта ваша толерантность - западные штучки, которые неприемлемы в обществе, построенном на моральных принципах», - на голубом глазу философствовал офицер, в ведомстве которого нам только что откровенно «шили» липовое «сопротивление милиции», оскорбляли грязной руганью, держали в ледяном «обезьяннике» без еды целые сутки, и где подписи «свидетелей правонарушения» (в нашем же присутствии) ставились сотрудниками того же ОВД без стыда и совести. «Эй! – махал рукой пробегающему мимо коллеге лейтенант, оформлявший мой протокол, - Свидетелем будешь?» - заговорщически кивал он на документ, чуть понизив голос и немного стесняясь моего присутствия, протягивал «свидетелю» ручку для подписи...

 

Таковы «моральные принципы» полковников барановых, именно такую «мораль» произвола они ставят выше Конституции и приказов собственного министра. И именно этот правовой беспредел кажется им воплощением «высокой духовности» и нормой российской жизни.

 

Но может ли быть «моральным» то, что незаконно и антиконституционно?

 

…Устав от «профилактической» беседы, полковник погрузился в бурную деятельность по дальнейшей охране правопорядка. Я же был озадачен. Для дремучего ментовского начальства не существовало равенства перед законом, прав человека и субординации. Полковник Баранов жил в мире грязных «гомосеков» и праведных «патриотов родины», «традиционных ценностей» и тех, кто «подрывает устои» странными ссылками на закон…Он руководствовался всем, чем угодно, но только не приказами и Конституцией.

 

И по странному стечению обстоятельств именно этот человек имел погоны полковника юстиции и был поставлен государством блюсти права человека и российскую законность…

 

То, что нынешняя российская реальность – это правовой беспредел, помноженный на бесконтрольность «силовиков», хорошо знакомо каждому по самому факту жизни в этой стране. Но, согласитесь, что услышать прямым текстом от милицейского руководства, что ни закон и ни министр МВД - им не указ, если дело касается гражданских прав одной из социальных групп, – какой-то уже запредельный цинизм..

 

Впрочем, если самого министра Нургалиева устраивают сотрудники, публично плюющие на его Приказы (гламурно развешенные в красочных рамочках рядом с его портретами), - что ж..?

Нечего тогда удивляться, если репутация «ментуры» в сознании людей (по многочисленным опросам «большинства») и дальше будет расстилаться где-то ниже грязного плинтуса…


Tags: гей-права, прайд
Subscribe

  • "Он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог"

    Недавно один из роликов произвёл на меня впечатление. Крепкого вида чернокожий в бейсболке и спортивных штанах наступает на белую девушку, тыча ей…

  • В гостях у мэра.

    Мэр Саут-Бенда Пит Буттиджич со своим симпатичным собакиным по кличке Бадди. (Чем-то они неуловимо похожи)). Фото из Инстаграма супруга - Частена,…

  • Зорькин обещал нам «равенство» в шкафу.

    Как ожидалось, контора Зорькина выдала порцию «правовой» демагогии. О новых сроках Путина скучно писать (тут всё было ожидаемо). А вот…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 44 comments

  • "Он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог"

    Недавно один из роликов произвёл на меня впечатление. Крепкого вида чернокожий в бейсболке и спортивных штанах наступает на белую девушку, тыча ей…

  • В гостях у мэра.

    Мэр Саут-Бенда Пит Буттиджич со своим симпатичным собакиным по кличке Бадди. (Чем-то они неуловимо похожи)). Фото из Инстаграма супруга - Частена,…

  • Зорькин обещал нам «равенство» в шкафу.

    Как ожидалось, контора Зорькина выдала порцию «правовой» демагогии. О новых сроках Путина скучно писать (тут всё было ожидаемо). А вот…