Алекс (alexalexxx) wrote,
Алекс
alexalexxx

Categories:

"И мой флажок качается среди больших знамён.."



Моё отношение к революции сильно менялось с возрастом. Можно сказать, что оно колебалось вместе с духом времени, - и что удивительно, продолжает меняться по сей день.

В школе (ясное дело) оно было абстрактно-литературным и оторванным о реальности. "Неуловимые мстители" бередили воображение романтикой юного братства, и пока сверстники восторгались смелостью и ловкостью героев, я влюблялся в их мужские типажи.

"Я Буба, Касторский, оригинальный куплетист.." - до сих пор этот Буба - герой моего детства, наш с Вовкой кумир, неуловимо похожий на самого друга, в которого я был влюблён. "И что это я в тебя такой влюблённый?" - ржали мы, хотя уже тогда эти слова имели для меня другой, тайный смысл.

На демонстрацию 7 ноября я ходил с маминым училищем, где она преподавала, в шумной толпе девах с флагами и плакатами. На плакатах были странные мужчины - увлечение которым (мужчинами - не вождями) скоро станет темой моей жизни. На случай демонстраций дома хранился красный флажок (бережно свёрнутый и сшитый мамой), чтобы и я не был чужим на этом празднике жизни. Чувство причастности к чему-то значительному, что выводит на улицы тысячи людей, долгое время наполняло меня гордостью.

Флажок этот, трепыхавшийся на ветру, был, скорее, знаком моего идеализма, хотя я, разумеется, совершенно не понимал исторического смысла наших шествий. Настолько не понимал, что в порыве "пиетета" как-то решил изобразить (цветными карандашами) профиль товарища Ленина - срисовав его с какого-то плаката. И был страшно обижен, когда мама объяснила, что столь значимых "вождей" имеют право рисовать только дипломированные художники.

Мой детский порыв не был оценён режимом. С тех пор раскол между нами только углублялся.

Мой детский романтизм впервые столкнулся с логикой гос-безопасности, запрещавшей "уродовать" светлые черты "шутникам" и "умникам" - на радость мировому империализму. Впрочем, это были первые "эстетические разногласия", - до симпатий к "Окаянным дням" Бунина было ещё далеко.

Именно "эстетика" (в данном случае) стала первой "кошкой", пробежавшей между мной и марксизмом. Посмотрев "Адъютанта его превосходительства" (и, разумеется, влюбившись в мальчика Юру - в исполнении Саши Милокостого), я впервые соотнёс дворовую советскую реальность с дворянской культурой, - сравнение было не в пользу двора.

Дядя, коммунист и фронтовик, был, похоже, сильно удивлён логикой племянника, сообщившего ему о симпатиях к дворянам ("Они по крайней мере матом не ругались"). "Что ты говоришь-то!?" - воскликнул дядя, впрочем спорить со мной не стал. Он был мудрым человеком, хоть и членом партии.

Сейчас я понимаю наивность своего "эстетического подхода" к истории (дворяне матерились - ещё как), но одновременно интуиция давала мне верные ориентиры. К подлинной культуре наша "Софья Власьевна" не имела никакого отношения.

Конфликт культуры и революции впервые осознавался в старшей школе, в "эпоху" Блока, который становился не только моим героем, но и способом связать воедино логику культуры и логику революционного насилия. Это было непросто, но Блок был невероятно убедителен.

"Трах-та-та-тах, трах-та-та-тах.. И только эхо откликается в домах..." Сегодня сексуальные аллюзии мешают воспринимать эти строчки сугубо-романтически, но долгое время христианство и революция, Христос и двенадцать питерских гопников, воров и убийц (постигавших азы авторитарной дисциплины, не представляя своих печальных перспектив) - были связаны с обаянием Блока.

Я ничего не понимал в коммунизме, ещё меньше в христианстве, но идея о том, что старый мир вынужден расплачиваться за грехи и преступления взрывом социальной катастрофы - уже была ясна и не вызывала сомнений.

Конечно, Катьку было жалко ("с офицерами блудила, с солдатьём теперь пошла..") - но, как ни странно, только теперь я начинаю понимать дневниковую запись поэта по окончании "Двенадцати": "Сегодня я гений". В точном соответствии с эстетикой Блока, Катька - это и есть Россия, "блудившая" с монархистами-офицерами, потом с большевиками, - которые её, в конце-концов и прикончили.. ("Лежи ты, падаль, на снегу").

Христос, как высшая справедливость, ведёт этих людей путями исторической неизбежности, - и на этих путях страну ожидает бандитский расстрел - в логике "гуннов" и "варваров".

Блок, действительно, гений, тонко понимавший неизбежность "низовой", социальной ненависти к ублюдочной, наглой, продажной системе, не способной к развитию (именно из нашего 17-го года это понятно лучше всего). И одновременно, социальный взрыв - был формой социального и культурного самоубийства.

Россия-Катька, как заправская офицерская блядь, получила законную пулю от ненавистников её векового, монархического "блядства". И новое "блядство" с "солдатьём" - не спасло эту "родину-мать" от свинца.

Лишь одно в исторической драме России волнует до сих пор: где в её роковом сюжете та "щель", куда могла бы вторгнуться хоть какая-то вариативность событий? Где то чудо, которое могло бы помешать исторической расплате?

Ничего этого (в словах и внятных формулах) я разумеется, тогда не понимал, - это была интуиция, которая лишь сегодня, в эпоху "позднего путинизма" обрела слова для выражения.

В 90-е "перестроечные" годы, с открытием архивов о "зверствах большевистского режима" и хронике тоталитаризма, - намного актуальнее Блока зазвучали "Окаянные дни" Бунина.. Советский, чекистский ад глазами погибающей дворянской культуры. Торжество "грядущего хама", уродство новой пропаганды, предавшие идеалы гуманизма дворяне, "воины духа", сбежавшиеся под красные звёзды - прикрывать остатками культуры расстрелы классовых врагов.

Бунин ненавидит не только солдатского хама (жрущего в подворотне палку колбасы и похлопывающего себя по яйцам: "вот она, моя коммуна-то"), но и "левеющего" Брюсова, Маяковского с "корытообразным ртом", жрущего на каком-то банкете из чужих тарелок. Ненавидит "швондеров", являвшихся в дом для "обмера" и "уплотнения", ненавидит чудовищный язык пропаганды - глупость и убожество той картины мира, которая навязана толпе в качестве новой реальности.

Гневно и язвительно комментирует лекции Блока: "Слушайте музыку революции.. Ну да, песенка-то не хитрая.. А Блок - человек глупый".

Всему этом веришь, сравнивая с пропагандой нынешней, веришь озверению интеллигента, брошенного историей в среду агрессивно-примитивного "большинства". Веришь презрению к продажной интеллигенции (прежним властителям дум). Всё это знакомо и понятно, словно написано сегодня.

Роковая российская "матрица" воспроизводит круги ада с удивительной точностью - от эпохи к эпохе..
И всё же (как я понимаю сейчас) "революционный" Блок - глубже и трагичнее Бунина. Блок точнее видит природу российского исторического рока. И если Бунин - лишь ненавидит новый российский ад, Блок понимает логику этого ада.

Неизбежность революции - в стагнирующем, гниющем и закупоренном мире - это не только историческая логика (которую не способна отменить никакая "рос-гвардия" или "фсб"), - это ещё и пушкинское "упоение в бою" и "бездны мрачной на краю".

Это философское, этическое приятие исторической трагедии, как закономерности.
Революция - всегда социальная трагедия, но она и неизбежность, "атрибут" архаичного общества, не имеющего цивилизованных механизмов развития. (А точнее, давящего эти механизмы сознательно).

Российская идеология силы, милитаризма, насилия, экспансии, агрессии, внутренней полицейщины - это гарантия новых революций, порождённых самой природой косной авторитарной империи, которой до сих пор является Россия.

Сегодня Блок мне гораздо ближе Бунина.

"А вот и долгополый, сторонкой за сугроб. / Что нынче невесёлый, товарищ поп?" Расплата и Возмездие - великие идеи, всегда жившие в народном российском сознании в идеях Справедливости.

Российская идея справедливости зреет долго и мучительно, но обязательно наступает эпоха Возмездия. За полицейщину, за ложь, за тотальное воровство, расправы с оппонентами, каторгу, Сибирь и шемякин суд, - за все мерзости жирующего режима, намеренного жить вечно.

Да, это справедливость - через кровь. Но чем больше поводов режим даёт для ненависти к себе, чем больше дышит насилием, - тем "легальнее" в народном восприятии насилие ответное. Никуда не денешься, - таков исторический баланс. И надо благодарить бога за то, что в 21 веке Возмездие порой принимает гуманные формы "цветных" революций.

Подлость и глупость власти в России ограничена жестокостью возмездия - при отсутствии механизмов развития. Боюсь, это "вечная" формула любимого отечества - вплоть до его окончательного развала. Поскольку ни одна страна - даже Россия - не способна (по Бердяеву) "развиваться катастрофами" из века в век.

Так что, с праздником вас, товарищи!

Как сказал поэт: "Спите себе, братцы, - всё вернётся вновь, / Всё должно в природе повториться. / И слова и пули, и любовь и кровь, / Времени не будет помириться.."
Tags: взгляд на вещи, детство, личное
Subscribe

  • "Он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог"

    Недавно один из роликов произвёл на меня впечатление. Крепкого вида чернокожий в бейсболке и спортивных штанах наступает на белую девушку, тыча ей…

  • В гостях у мэра.

    Мэр Саут-Бенда Пит Буттиджич со своим симпатичным собакиным по кличке Бадди. (Чем-то они неуловимо похожи)). Фото из Инстаграма супруга - Частена,…

  • Зорькин обещал нам «равенство» в шкафу.

    Как ожидалось, контора Зорькина выдала порцию «правовой» демагогии. О новых сроках Путина скучно писать (тут всё было ожидаемо). А вот…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments