фото

Покидая здравый смысл..



Фильм Дэна Рида "Покидая Неверленд" не был показан на Первом канале (хотя и стоял в программе), а появился на сайте 1tv.ru. Видимо, чтобы ограничить аудиторию и не "смущать умы" консервативной публики. Её заводить не надо, она и так нетерпима к западному "разврату". Но в интернет-формате это, скорее, выпад в сторону либерального зрителя, которого хотелось бы "ткнуть носом" в "закулисье" свободного мира. В советские годы жанр условно назывался: "Под сенью статуи Свободы".

Не сомневаюсь, что грядёт и обсуждение "мировой премьеры" у очередного Соловьёва-Норкина. Глупо думать, что наше ТВ упустит случай выжать из кино о «педофиле Джексоне» весь анти-западный эффект, который в нём найдётся.

Судя по первым отзывам, впору было запасаться здравым смыслом перед длинным изложением позиций "потерпевшей стороны". Ничего другого в фильме нет.

В сухом остатке - несколько вещей, о которых надо помнить. Это не фильм-расследование, не сопоставление позиций, а обвинительная речь одной из сторон (4 часа экранного времени), оформленная художественным образом.

Обвиняемый (по понятным причинам) ответить не сможет. Все суды (с соревновательностью доводов) при жизни он выигрывал. Никаких дополнительных фактов и "вновь открывшихся обстоятельств" (как я понимаю) в фильме нет.
Можно верить и не верить "показаниям" Робсона и Сейфчака, но степень достоверности наших знаний (точнее, не-знаний) они не меняют. Слово против слова - слабая позиция, но другой в "деле Джексона" быть не может..

Кроме формальной стороны дела, есть и другая, которая беспокоит меня гораздо больше репутации поп-кумира. (Объективности ради скажу, что не являюсь его фанатом).

Легко себе представить, какими "кругами" по болоту разбежится резонанс от картины в гомофобном российском обществе, где миф о геях-педофилах (через дефис) фактически является частью гос-пропаганды. Фильм меня волнует отечественным "следом", который поработает на "педо-истерию", гомофобию и прочие известные "ценности".

Уже сейчас читаем в комментариях: "удивительно, что выросшие мальчики со временем женились и завели детей". Миф о "вербовке" "нормальных" подростков в ряды гей-сообщества даст российской публике толчок для новых спекуляций на тему передачи секс-ориентации от человека к человеку «постельно-половым» путём.

"Берегите детей от влияния гей-пропаганды" – вновь запаникует российское общество, не видящее разницы между гей-ориентацией и педофилией. И никто ему не объяснит, что средне-статистический педофил (в 80%) – женатый семьянин с детьми и гетеро-интересами.

Следующий вопль будет посвящён "растленному Западу" в целом. ("Вот они, ваши кумиры..").

Жанр фильма крайне важен для его точной оценки. В Штатах и в России он прозвучит не одинаково в силу разного состояния общества. Да и разности языка, на котором авторы ставят проблему. «Покидая Неверленд» снят в "эстетике" движения "me too", где факт воспоминаний о насилии не требует (как правило) большой "доказательной базы", поскольку ставит целью вскрыть явление и сделать его достоянием гласности. Но в России фильм будет назван документом - с неизбежной перспективой "приговора".

Происходит путаница жанров, и это смещает восприятие российского зрителя в сторону "правовой определённости", которой в "me too" не так уж много. В судебной практике 19 века был особый приговор в неясных обстоятельствах, когда виновность не могла быть установлена в суде: "оставлен в подозрении". Фильм Дэна Рида возрождает эту практику.

"Жертвам" домогательств часто невозможно доказать факт "насилия" за давностью событий. Кто кого там "трогал за коленку" в историях со Спейси (например) установить не сможет даже суд (слово против слова). Но у исков в рамках "me too" (повторюсь) другие социальные задачи. Суд важнее приговора, - резонанс важнее наказания. В условиях развитого общества отклик может быть важнее частного "возмездия".

Как я понимаю, фильм о Джексоне задуман в этой стилистике. Отсюда – выстроенный «саспенс», нагнетание деталей и эмоций. За отсутствием "улик", цель создателей - привлечь внимание к проблеме на примере "звёздного" лица..

В России всё иначе. Здесь "не место для дискуссий", но широкая дорога - для карательных выводов. То, что на Западе является предметом социальной рефлексии, в нашем «путин-ленде» становится "битой" для вколачивания в головы ханжеской морали в духе "Домостроя".

Шпионаж (к примеру) – опасное занятие, но "борьба" с ним в западных и сталинских условиях – «две большие разницы». С педофилией - тот же казус.

Путинизм использует комплексы "традиционного" сознания - для запугивания масс в целях усиления контроля. Вместо уроков сексуального просвещения и цивилизованного подхода к подростковой сексуальности - режим предпочитает запрещать, используя страхи и фобии общества в целях своей пропаганды. Не случайно «педофилов» режим активно ищет среди политических оппонентов.

То, что спать с детьми недопустимо, а Волга впадает в Каспийское море - обсуждать не имеет смысла, это банальные вещи. Но под сурдинку этих "песен" вам в России сообщат об аморальности секса до брака, "совращении" подростков гей-сообществом и вреде "секс-просвета". Проблема в том, что тема педофилии становится инструментом ханжеской «консервации» общества - и в первую очередь бьёт по самим же подросткам. Путинским "закону и морали" совершенно наплевать на условия взросления, на то, что сексуальность – часть жизни человека с 14-15 лет, естественная часть его личности, которая нуждается в защите, просвещении и гарантиях нормального развития.

Если провести эксперимент, заменив в рассказах «потерпевших» 7-летних действующих лиц на 16-летних (возраст согласия), восприятие российской общественности вряд ли изменится. Подростковый секс останется «криминалом», даже если он случился по желанию обоих. Пока примитивная концепция «совращения» будет определять взгляды российской общественности на сексуальную жизнь подростка, - никакой нормализации интимной жизни ждать не стоит. Повторюсь: речь - не о Джексоне, а о том, что тема «совращений» используется в ханжеской войне архаичного режима с естественной сексуальностью человека - в принципе. Фильм Дэна Рида упадёт (не сомневаюсь) в путинской России на благодатно-дремучую почву.

Между тем, реальные проблемы российских подростков – не в мифических «педофилах», а в гомофобной травле школьников, в рекордном уровне подростковых суицидов, в атмосфере гос-террора против «детей 404», которым перекрыты все возможности для получения поддержки, информации и помощи в деле социальной адаптации. Бросая школьников в объятия ненависти, травли и агрессивного невежества, - путинский режим «трындит» о «педофилах», «совращении» и запрете секс-просвета.

Реальная борьба за нормальность отношений подменяется войной с фейковым врагом.

Если же помнить о реальности, то приходится признать, что родители с трудом воспринимают сексуальность детей, даже если сами страдали когда-то от взрослых запретов. Еще сложнее им принять сексуальную ориентацию подростка, его право на выбор партнёра, эротических эмоций, поведения, влюблённостей, круга общения. Попытки взрослого контроля за этой частью жизни молодёжи обычно травматичны и бессмысленны. И чем сильнее архаичный социум давит на семью, требуя контроля, - тем травматичней последствия. Так уж сложилось, что подросток-гей часто раньше начинает сексуальную жизнь, чем гетеро-ровесник – в силу большей доступности однополых контактов. Близость гетеро-подростков намного жёстче контролируется обществом - в силу их социальной «открытости». В то время как гей-контакты – изначально выведены за пределы «нормы» и легко становятся «частным делом» подростка. Единственный способ нейтрализовать риски в этой ситуации – не бессмысленный запрет (который всё равно не работает), а просвещение и максимальная открытость.

Возможно, что имей «жертвы» Джексона элементарную школьную информацию о сексуальной жизни, их поведение было бы более осознанным, а доверие в семье – более полным. Похоже, информация - единственная реальная гарантия против подобных историй.

Часто вспоминаю эпизод из сериала “Queer as Folk”, где старшеклассник Джастин отстаивает право встречаться с любимым парнем - старше себя. «Понимаю, - кричит мать, - он тебя совратил, он не имел права прикасаться к тебе». «Хватит, я вызываю полицию», - кричит отец. «Никто меня не совращал, я его люблю..», - горячится Джастин, понимая, что полиция, родительский запрет и судебный иск против любимого человека (а то и тюремный срок) – реальная возможность развития событий. Родителям Джастина хватило ума, любви и такта остаться в рамках здравого смысла, доверяя чувствам сына, уважая его личность, сексуальную ориентацию и его выбор. Случай, понимаю, исключительный, но человеческая норма – не всегда в большинстве.

В этом – разница двух базовых подходов к проблеме подростковой сексуальности. Вы можете идти «от человека», уважая его чувства и природу, а можете – от абстрактного «закона» и «морали». И настоящая трагедия для общества, если эта «мораль» - людоедская, а «закон» - российский.

Вместо просвещения родителей и гуманной защиты подростков путинский режим «фарширует» общество мракобесием и ханжеством. Не сомневаюсь, что «Покидая Неверленд» полноценно поработает в нашей стране именно на этот дремучий контекст.



Фото: Сейфчак и Робсон, герои фильма.