Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

сентябрь

Хулио и море



Хулио Кортасар

Альманах “Gay, славяне!” №1, 1993 (О нём подробнее в Фейсбуке)

***

В аргентинском стиле



Симпатичным мальчишкой когда-то я был

И на этом нажил себе горе…

Я в простой рубашонке по пляжу бродил,

Я стекляшки цветные в песке находил…

Это помнят лишь ветер и море.

.

Помню шел мне в ту пору шестнадцатый год.

Раз на пляже матроса я встретил.

Я вам сразу скажу, забегая влеред,

Если кажется вам, что перо мое врет,

Вот свидетели – море и ветер.

.

А матрос, улыбаясь, мне пудрил мозги.

Рот раскрыл я и уши развесил.

Тут и ночь подоспела – не видно ни зги.

Как же так получилось ? Господь, помоги !

А матрос всё по-прежнему весел.

.

Вскоре страх мой прошел – мы вдвоем как-никак

Засветились огни на дороге.

Шел детина-матрос, с ним – мальчишка-дурак.

Привели меня в порт, а точнее – в кабак,

Эх, проклятые, глупые ноги !

.

Как вы светитесь чудно, огни кабака !

Как вы душу ласкаете нежно !

И пятнадцатилетнего-то дурака,

Что не знал сигарет, а не то что хмелька.

Вы тотчас же сгубили, конечно.

.

Вот друзей четверых мой матрос повстречал.

Эти тоже матросы – понятно.

Он их ромом поил и меня угощал,

Я большую ладонь на спине ощущал

И, не скрою, мне было приятно.

.

Не сказать, чтобы сильно уж я захмелел.

Но головка слегка закружилась.

Просто встать и уйти я бы вряд ли посмел,

Но матрос мой и сам догадаться сумел,

Что пора … И они расплатились.

.

Вшестером мы выходим и к морю бредем.

Там в какой-то сарай мы заходим.

(Уж искал тот сарай я и ночью, и днем –

Так найти и не смог ни сейчас, ни потом).

В свежем сене покой мы находим.

.

Да какой же покой ?! Черт его бы побрал !

Как припомню – так холод в душонке.

Там такой, извините, пошел карнавал …

Утром ползал и пуговицы собирал

Я от мятой своей рубашонки.

.

Десять рук обнимали меня горячо,

Пять безжалостных ртов пожирали.

Пять огромных, упругих … – И слезы ручьем,

Но они наступали еще и еще …

И дышать мне совсем не давали.

.

Этим струям и вовсе я счет потерял –

Пять источников рады стараться.

Чудом Богу я душу свою не отдал.

Даже сплюнуть боялся – все время глотал.

А куда же мне было деваться ?

.

Грампластинку играют с обеих сторон.

Повернув, и меня распластали.

Как я бога молил, чтобы сжалился он !

Но рукою зажав мой отчаянный стон,

Мне, простите, и сзади… вогнали.

.

Я молился за душу, за кровь, что текла,

За несчастное хрупкое тело…

И, как видно, молитва до бога дошла.

На четвертом заходе куда-то ушла

Моя боль, – но не в этом же дело !

.

Помню, пятым, последним, был этот матрос.

Он губами мне к уху тянулся.

Тут я обнял его – и ни боли, ни слез.

Я в душистое сено засунул свой нос,

Успокоился и улыбнулся.

.

Утром адская боль. Голове каково ?

Мой матрос сероглазый шатался.

Не жалел ни о чем я, хотел лишь его.

Я молчал и смотрел на него одного,

Ждал хоть слова, но – нет, не дождался.

.

Долго мама ругала, ударил отец.

Я ни капельки не испугался.

Тут же спать завалился, заснул как мертвец.

Мне приснился матрос, сероглазый подлец.

Он навечно в душе и остался.

.

Десять лет с той поры, как вода, утекло.

На панель я оформился вскоре.

Не жалею – доходное ведь ремесло .

Вы попробуйте – вдруг бы и вам повезло

Да помогут вам ветер и море …

.

1969

Перевод Ефима Елисеева
сентябрь

Супер стар



Как в том советском анекдоте о Брежневе: "Я стар.. Я очень стар. Я - супер стар!" Уместно это вспомнить, потому что Путин сидит в кремле уже дольше Брежнева.

С другой стороны, надо понимать, что дело не только в дряхлеющем лидере (по новой, так называемой "конституции" - он будет дряхлеть уже на законных основаниях). А в дряхлости самой системы, с которой Путин гармонирует и которую он олицетворяет.

Сама авторитарная система (имперская по сути) - допотопна, архаична и неэффективна. Путин - лишь персонификатор этого явления.

А когда это было иначе в России? Короткие периоды свободы (Февраль 1917 года и 90-е - можно считать исторической погрешностью). Путинизм лишь вернул традиционную политическую систему - на её историческое место.

Поэтому можно, конечно, издеваться над стареньким "дедушкой", но он - лишь представитель исторической системы. Сама же система - представляет собой отношения "монарха" и "народа", который делегирует "царю" огромную часть своей ответственности. (В этом смысле нет большой разницы между Николаем II и Брежневым).

Российский человек, живущий "соборными", общинными инстинктами, научен веками жить "в коллективе", максимально избегая личной ответственности, - которую он делегирует "вождю".

"Общинное сознание" - не только архаично для 20-21 века, но и абсолютно провально с точки зрения какого-либо развития. Пост-индустриальный мир давно уже движим не "классами" и "общинами", а личностями и уникальными технологиями.

Преимущества имеют общества, дающие гениям-"ботаникам" - Гейтсам, Маскам и Кукам - максимум условий для реализации (от Силиконовых долин - до сексуального комфорта в однополых семьях).

Можно очень долго рассуждать, почему в России "гениям-ботаникам" (как и технологиям) ничего не светит. С чем связана ставка не на личность, а на "здоровый коллектив".

Видимо, дело в истории, в вековой милитаристской мобилизации "масс" для охраны имперских "просторов". Или в православии, которое идеально "легло" на имперский формат "военного лагеря" (и т.д.)

(Наши знаменитые "парады" - в историческом смысле - всего лишь похоронные процессии в сторону кладбища).

Так или иначе, мы имеем дело с архаичным, стареющим обществом, из последних сил цепляющимся за свои территории (которые оно не в силах обустроить) в старых имперских границах.

Знаменитое "Как нам обустроить Россию" - звучит всё более издевательски. Империю "обустроить" нельзя, потому что она требует "жертвенности" и крови её жителей.

Проклятие России - её территории, которые возможно удержать только в милитаристском, "общинном" и мобилизационном режиме.

Отсюда - запрос на "вождя". Который может быть только исключительным, "сакральным" и стареющим субьектом. А не динамичным и сменяемым менеджером.

По сути, Путин - это выражение проклятия имперской "вертикали". Уберите "вертикаль" - и империи не будет. Так что, как и Брежнев, Путин обречён стареть вместе с политической системой.

Мы - до гроба вместе с этим старичком. И, подозреваю, что копыта они отбросят тоже вместе: Брежнев и его "застойный" СССР, - Путин и его "великая Россия".

Мы - стареющая нация (как "народ" и как система). Так что правильно (по-своему) цепляемся за прошлое, - потому что 21 век нас просто уничтожит.
сентябрь

День исторической Халявы.

87402762_1090474417981247_3537763440728735744_o.jpg

Кто-то пишет о "дне исторического оптимизма" (как Шендерович), но у меня другое отношение к символизму 5 марта.

Представьте себе старца Чаушеску, провожаемого с почестями в последний путь (рыдание, давка, толпы желавших проститься). Собираясь на кухнях, румыны шептались: "Помер тот, помрёт и этот", - и при словах "дыхание Чейн-Стокса" хитро перемигивались. Подпольные рок-музыканты пели на квартирниках:

"Всё пройдёт, всё проходит когда-то. Через год, через день, через миг. В одиночестве, в морге, вчерашний диктатор, а сейчас просто мёртвый старик. И тогда срежут двери в Лефортово, и Россия воспрянет от сна..."

Ах, простите, это уже про Россию.

Румыны посчитали мудрость: "помер тот, помрёт и этот" недостаточной и даже оскорбительной для национального достоинства.

Чаушеску не дожил до старости. А российские вожди - доживали, несмотря на пытки, миллионы, стёртые в лагерную пыль и ночные воронки.

Как было сказано в одной старинной книге, "Всё суета сует. Что было, то и будет".

Если бы тема не была столь трагичной для нас, россиян, то я бы пошутил: 5 марта - это День нашей исторической Халявы, когда матушка природа взялась сделать за нас нашу работу.

Халява, кстати, прекрасно ложится на имперское сознание, - мы "вертикальная" нация, нация "верховных" решений (судьбоносных, но "верховных").

Мы прекрасно знаем, что бывает со страной, когда сотни тысяч выходят на улицы, - страна теряет территории, а то и даёт "советского" дуба. Имперская ментальность - это охранительство (держать в узде умы и территории).
Только так выживают империи, готовые терпеть любую тиранию, ожидая "сверху" милостей небесных (поневоле впишешь "бога" в конституцию).

Кто спас Россию от антисемитских массовых репрессий, от нового 37-го в начале 50-х? Народ? Его сопротивление? Ненависть к тирану? Ничего подобного. Природа прибрала.

Так в чём тут повод для "исторического оптимизма?" В чём смысл "освобождения"? Кто освободитель? И почему вы думаете, что с Путиным будет иначе?

Это не просто банальная трусость или рабство (как может показаться), - это нежелание терять статус империи. Народное "нутро" чует в свободе - недоброе. Свобода для них - это конец России ("великой России"). Конец имперского мифа, ради сохранения которого можно вытерпеть - нищету, пытки, казни, лагеря и ночные воронки.

Полицейщина - это не просто "душа России", это единственно возможное условие её стабильности и сохранности. Так что, Россия - не Румыния, забудьте.

Только природа, только старуха с косой, только "божий" промысел...

"Всё пройдёт, всё проходит когда-то..." "Помер тот, помрёт и этот".. Как хотите, а это - не праздник, а приговор нации. 5 марта, величайший и траурный день, когда народ не смог, не захотел, не сумел себя спасти от негодяя и преступника.

День исторической Халявы... Поздравим себя.
сентябрь

"Смотрю, двадцатый век в исходе.."

Перечитываю поэтов "Искры", - не ленинской, а сатирического журнала, основанного Василием Курочкиным в 60-е годы позапрошлого века. И удивляюсь прозорливости некоторых текстов.

Не зря двухтомник этих поэтов вышел только в 1987 году, в годы Перестройки. Советской власти совершенно не нужна была пред-революционная сатира - с обсуждением "перестройки", "гласности" и свободы печати.
Горбачёв всего лишь взял либеральный понятийный аппарат 19 века (с тем же результатом в итоге).

Дух свободы! К перестройке
Вся страна стремится.
Полицейский в грязной Мойке
Хочет утопиться.
Не топись, охранный воин, –
Воля улыбнется!
Полицейский! будь покоен –
Старый гнет вернется...

(Саша Чёрный, 1906)

В этом прекрасном стихотворении - универсальная модель всей русской истории, бегущей по кругу. Всё, что надо знать о "путинизме" и чекизме, - было сказано в начале прошлого века.

Правда, думаю, в оригинале (не для печати), у автора был другой глагол: "Воля нае**ётся" (так точнее)).

А вот прекрасный Василий Курочкин с переводом Беранже 1871 года, где речь, конечно, не о Франции. И снова - сто процентов попадания. Почти 150 лет назад...

Бурбон, "двадцатый век в исходе", вымирание "народца", "попики-малютки", "генеральчик на лошадке", "осаждённый" Париж (чем не изоляция и санкции?) и в конце - шаги громадного соседа - с его экспансией.. (Впрочем, это ещё впереди). Но самое печальное - все эти катаклизмы и века не меняют модели власти...
.
БУДУЩНОСТЬ ФРАНЦИИ

Я дружен стал с нечистой силой,
И в зеркале однажды мне
Колдун судьбу отчизны милой
Всю показал наедине.

Смотрю: двадцатый век в исходе,
Париж войсками осажден.
Все те же бедствия в народе —
И всё командует Бурбон.

Всё измельчало так обидно,
Что кровли маленьких домов
Едва заметны и чуть видно
Движенье крошечных голов.

Уж тут свободе места мало,
И Франция былых времен
Пигмеев королевством стала —
Но всё командует Бурбон.

Мелки шпиончики, но чутки;
В крючках чиновнички ловки;
Охотно попики-малютки
Им отпускают все грешки.

Блестят галунчики ливреек;
Весь трибунальчик удручен
Караньем крошечных идеек —
И всё командует Бурбон.

Дымится крошечный заводик,
Лепечет мелкая печать,
Без хлебцев маленьких народик
Заметно начал вымирать.

Но генеральчик на лошадке,
В головке крошечных колонн,
Уж усмиряет «беспорядки»...
И всё командует Бурбон.

Вдруг, в довершение картины,
Всё королевство потрясли
Шаги громадного детины,
Гиганта вражеской земли.

В карман, под грохот барабана,
Всё королевство спрятал он.
И ничего, - хоть из кармана,
А всё командует Бурбон.

(1871)
сентябрь

Накануне

Зашёл в "SPAR" за бутылкой шампанского. К сожалению, любимой фирмы "Рисп" не видно много лет, поэтому решил выбрать наугад. Побродил вдоль полок, но так и не решился купить привычное "Советское" полусладкое, хотя его и искал.

На бутылке, у фольги, торчит эта гнусная цифра: "1937".

Понятия не имею, к каким медалям она привязана на этикетке. Что и говорить, прекрасный повод для веселья. Прямо из застолья - в воронок (по нынешним дням - не абстракция).

Интересно, о чём думал производитель, лепя на шампанское метку арестной эпохи? Ирония постмодерна? Или тупость винодела в чистом виде? Прекрасно, кстати, подошло бы к открытию бюста "вождя".

Стало противно. Поэтому купил невнятное "Абрау-Дюрсо" с орлом на этикетке. "Русское шампанское" (что бы это ни значило), "1870".. Всё же, революция в Париже, снесена Вандомская колонна - милитаристский, имперский символ.. И родился Александр Бенуа. Надеюсь, что не пожалею... )

А пока бродил по магазину, - жалел рисковое студенчество, которое по снегу умудряется бродить с голыми ногами. )) Нас когда-то учили обратному: "ноги в тепле, голова на холоде". У этих всё наоборот.

Брюсов снова актуален: "О, закрой свои бледные ноги". )

https://www.facebook.com/alexandr.hotz/posts/1605599549579718


сентябрь

Страдания по "великому и могучему".

Хочется дописать пару слов к дискуссии о "клоачности" русского языка. Бедный Гасан Гусейнов вынужден оправдываться перед "МК" (!), всерьёз доказывая, что человек с его фамилией имеет право судить о предмете. (Как он согласился общаться с медийной "клоакой" - загадка века).

Было много сказано, что язык - живой организм и саморегулирующаяся система, которую сложно заставить отвечать идеологическим нормативам. Эта стихия (как и мат) догмам не подчиняется. Но есть в языковом вопросе и "геополитический" аспект.

Мы иногда забываем, что "Евгений Онегин" и "Война и мир" начинаются по-французски (эпиграф - часть произведения).

Пушкин, как всегда, дал универсальную формулу: "Винюсь пред вами, Что уж и так мой бедный слог Пестреть гораздо б меньше мог иноплеменными словами. Но панталоны, фрак, жилет - всех этих слов на русском нет". Иначе говоря, "жилет" проникает в язык не столько с появлением предмета, но с самой потребностью следовать западной моде.

Проблема "иноплеменных" заимствований и "англицизмов" - это не проблема языка, а вопрос исторической вторичности российской цивилизации.

Вместе с новыми предметами с Запада приходят и понятия, ценности, целые общественные институты. Язык отражает "догоняющую" роль России, которая из-за своей полит-экономической неэффективности обречена перенимать западные новации.

В конце-концов, президент, парламент, конституция, "права человека" - это заимствования (кальки с английского) в чистом виде. Не меньше, чем "айфон", "компьютер", "чип", "ноутбук", "лоукостер", "лофт" или "сиквел", "триллер", "шоу" и так далее.

Язык лишь фиксирует неполноценность (не-самодостаточность) российской цивилизации в целом, которая веками существует в виде "приложения" к Западному цивилизационному процессу. (Даже марксизм у нас "калька". Что уж говорить об эпохе гаджетов и компьютеров).

От Петра до Хрущёва и Путина - мы вечно в роли "догоняющих", в попытке воспроизвести глубинные условия развития западного типа. (Где наши ноутбуки, смартфоны и суверенные Рунеты?) Хрущёв пытался "догнать и перегнать" по линии марксизма-коммунизма, Путин - по линии "развитого капитализма" (в погоне за Португалией)..

Но общая проблема "догоняющей цивилизации" - в том, что имперское тело России не способно интегрировать свободу в инструментарий экономического развития.

Свобода, которая является ключом западного прогресса, - органически враждебна имперской природе режима. Любая попытка свободы "взрывает" имперскую суть системы (с полным развалом конструкции - по типу СССР).

Поэтому Россия способна имитировать западные институты и ценности (чем она веками занимается), но не способна воспроизвести условия западного прогресса (от технологий до институтов).

Выкинув свободу из набора инструментов, вы способны только строить декорации развития и плодить симулякры.

Карма Российской империи - в имитационном следовании Западу, который она вечно "догоняет", - а на практике "тырит" оттуда всё, что может, - товары, модели, понятия, моды, слова, институции - но это остаётся глобальной декорацией. ("Выборы", "парламент", "президент" и "конституция" в России - не дадут соврать).

Языковые влияния надо воспринимать в этом широком контексте. Чем более зависим российский быт от Запада, чем больше мы потребляем западных технологий, фильмов, товаров и туров в Европу, - тем более язык насыщен "англицизмами".

Поэтому довольно смешно видеть жалобы Дмитрия Быкова на "предательство" россиянами "высоких образцов" русской речи, - вспоминая оценки "совка" и советского "модернизационного проекта", который любит расхваливать Быков. Что сотворил "совок" 20-30-х с прежней "классикой" - все прекрасно помнят.

Как только "русский мир" замыкается от Запада и начинает вариться в собственном имперском соку, - мы получаем языковую стихию героев Зощенко и товарища Присыпкина из пьесы Маяковского. ("Кто на ком стоял, простите?" - спрашивал проф. Преображенский).

Но с открытыми границами - мы (культурный слой) набиваем язык французской речью (как в 19 веке) или англицизмами - как в эпоху сдохшего "совка". Это всё же лучше, чем советский "абырвалг" эпохи изоляции.

Что будет дальше с русским языком - вопрос не к лингвистам, а к политикам. У путинской империи - печальная судьба дальнейшего развала (мы как раз застряли в точке полу-распада).

Почему-то я не сомневаюсь, что насыщение речи англицизмами и "англовизация" общения будет нарастать, - по мере усиления западного вектора надежд и "народных чаяний". Не исключено, что "продвинутая" часть общества просто перейдёт на английский, поскольку космополитизм станет нормой жизни.

К сожалению, думаю, что судьба русского языка (как живого явления) слишком связана с судьбой имперского целого. Имперские нападки на лингвиста Гусейнова - подтверждают эту печальную зависимость. О "чистоте" радеют те, кто как раз и привёл к уходу языка из зоны бывшего имперского влияния. К его вытеснению.

Церковь когда-то рухнула вместе с монархией. У языка могут быть те же проблемы.

Из Украины, Грузии, Прибалтики язык уже "попёрли". А что случится с языком в годы полноценного имперского коллапса (говоря по-русски "пи**еца") одному богу известно.

Едва ли я оптимист.
сентябрь

Параллели



Смотрю я на это первомайское фото 1926 года и думаю - сколько здесь символики.

Как не было в те годы "технико-экономической независимости СССР", так её и нет (включая испарившийся СССР). Были закупаемые западные электростанции, заводы и прокатные станы. Сегодня - турбины, технологии, смартфоны, ноутбуки, чипы, софты и бытовая техника.

Зато строить из картона и дерева мега-подшипники в лампочках, ходить строем и имитировать "мировое лидерство" мы умели и тогда. И "ударники" у нас до сих пор в почёте, потому что мотивация "борьбы" до сих пор важнее "просто жизни" и нормальных экономических интересов.

Со дня этого снимка мало что изменилось. Та же показуха, гигантизм, система имитаций, политическое бахвальство и хроническая отсталость - под покровом мнимого "прогресса".

Фото (как и строй) - имитирует динамику, полёт и устремление вперёд, - но на самом деле - мы валимся всё ниже, теряя баланс и устойчивость.

Не полёт, а падение (автор вряд ли понимал, как точен его взгляд).

Естественный вопрос, выстраданный временем: зачем нам эта "независимость" от мира, - если под эту пластинку истребляют и преследуют людей? (от СССР до путинской РФ).

Лучше бы поменьше "независимости" и побольше человечности.

Хотя, нет, что-то всё-таки изменилось.. На член Аполлона (который на квадриге) нацепили фиговый лист. Тоже - символично. Вспомнили о "боге" и "морали". Но вряд ли это нам поможет.

Если вы плюёте на людей, то не ждите, что прикрытый пенис Аполлона вас спасёт от "гибели богов"...
фото

"И мой флажок качается среди больших знамён.."



Моё отношение к революции сильно менялось с возрастом. Можно сказать, что оно колебалось вместе с духом времени, - и что удивительно, продолжает меняться по сей день.

В школе (ясное дело) оно было абстрактно-литературным и оторванным о реальности. "Неуловимые мстители" бередили воображение романтикой юного братства, и пока сверстники восторгались смелостью и ловкостью героев, я влюблялся в их мужские типажи.

"Я Буба, Касторский, оригинальный куплетист.." - до сих пор этот Буба - герой моего детства, наш с Вовкой кумир, неуловимо похожий на самого друга, в которого я был влюблён. "И что это я в тебя такой влюблённый?" - ржали мы, хотя уже тогда эти слова имели для меня другой, тайный смысл.

На демонстрацию 7 ноября я ходил с маминым училищем, где она преподавала, в шумной толпе девах с флагами и плакатами. На плакатах были странные мужчины - увлечение которым (мужчинами - не вождями) скоро станет темой моей жизни. На случай демонстраций дома хранился красный флажок (бережно свёрнутый и сшитый мамой), чтобы и я не был чужим на этом празднике жизни. Чувство причастности к чему-то значительному, что выводит на улицы тысячи людей, долгое время наполняло меня гордостью.

Collapse )
фото

"Гром Победы, раздавайся.."

Я почти не помню своего дядю, фронтовика, в орденах и медалях. О войне он почти ничего не рассказывал, хотя судя по количеству наград, мог бы себе это позволить.

Служил он в обычной артиллерии, потом, после войны, работал учителем математики и совсем не был "идейным коммунистом". Наша семья (мама и её братья) всегда помнила о 37-ом, когда арестовали деда, погибшего затем в лагерях от истощения в самом конце войны.

Режим, посылавший моих близких на войну с фашизмом, раздававший ордена и медали, - другой рукой уничтожал этих людей, их семьи, отцов и братьев, расстреливая и отправляя за колючую проволоку на мучительную смерть.
История "Великой отечественной" войны просто не существует без истории лагерей и расстрелов. Победа, как известно, "ковалась в тылу", - в том числе, в гулаге. Узники советских лагерей - такие же жертвы войны, как и убитые на фронте.

По сути, убитые в окопах сталинграда и в лагерных бараках - это жертвы одной людоедской идеологии, как бы она ни называлась, сталинской или нацистской - совершенно не важно.

Collapse )
фото

Пятьдесят оттенков Серова.



Валентин Серов (один из любимых моих художников) поражает именно этим: виртуозным сочетанием реализма с модернистским интересом к преображению формы. Сочетание строгой академической школы с экспериментаторством в области формы, тонкий баланс между иллюзией реальности и декоративностью (в чём и заключается особая прелесть Серова), кажется не просто индивидуальным почерком мастера, но и приметой времени.

Русский реализм делал осторожные шаги в сторону формальной игры, - вслед за французским импрессионизмом, фовизмом (и т.д.), за которыми Серов с интересом следил, бывая в любимом Париже. (Ему нравились, в частности, некоторые работы Матисса, в которых он признавал глубину и «благородный» стиль, - но в целом Матисса он «не понимал».

Интересные воспоминания дочери художника, Ольги Валентиновны Серовой, вышедшие в 1947 году, были переизданы в 1986-ом. Некоторые отрывки (часть из которых звучат довольно злободневно) хочется привести…

«Воспоминания о моём отце, Валентине Александровиче Серове».

«В 1900 году Серовым написан портрет Николая II в тужурке. Портрет этот был сделан по заказу царя в подарок государыне Александре Федоровне. Царь позировал во дворце в Царском Селе, куда папа приезжал из Петербурга. К приходу поезда подавалась карета, запряженная парой англизированных лошадей, с подстриженными хвостами, с кучером и лакеем в ливреях.

Collapse )