Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

сентябрь

"Правила жизни"

Чтобы выносить вечерами мусор, нужно себя как-то мотивировать. Никто не любит этого делать, поэтому приходится идти на хитрости, обманывая собственную лень. Мужской организм обычно реагирует на стимулы, а не на слова.

Первой “хитростью” является парень, живущий через дверь на моей площадке. Даже не знаю, откуда он взялся. Иногда в подъезде появляются ребята студенческого возраста, но это временные лица, просто снимают жильё. Ясное дело, что мы не здороваемся.

Но парень с площадки – другое дело. Худой, в узких джинсах и с растрёпанной шевелюрой. Чем-то он напоминает Шаламе.

Collapse )
сентябрь

Маленькая жизнь



С политикой всё ясно. Вряд ли до осени что-то изменится. Зато в июле вспоминаешь, что "лето- это маленькая жизнь". И она уже на середине.)

Пора возвращаться к вело-прогулкам, заодно купить зеркальце на руль, погонять по парку и скатиться к центру города, где стоит прекрасный обелиск в честь "боевых дружин", строивших здесь баррикады в пятом году. (Вот куда бы школьников водить).

Народ в магазинах почти отказался от масок, молодёжь вообще на них чихала. Но возвращаясь к публичной жизни, вдруг обращаешь внимание на странные новшества. Я что-то пропустил или "виагра", действительно, по рецепту? (Чисто из интереса)).

Судя по всему, народ возвращается к шопингу (на последние деньги) и шарит глазами по полкам с отвисшей челюстью. )

IMG_20200703_204530.jpg
сентябрь

Вдогонку году.

Если бы не бессонница, то вряд ли бы руки дошли до “итогов года”. ) Но хотя бы в двух словах попробую назвать десять памятных событий в произвольном порядке.

1. Благодаря Лёше Сергееву (это была общая идея, с моим виртуальным участием) постоял в воображении у памятника геям, жертвам нацизма в Берлине и положил (руками френда) небольшой букет у бетонного окна, - где кинокадры с "вечным поцелуем". Давно хотел это сделать: оставить записку, цветы положить, – и спасибо Лёше за такое воплощение.

2. ЕСПЧ прислал уведомление о том, что жалоба на задержание 2018 года будет коммуницирована. Если удастся дожить до суда, то существуют шансы повозить “фейсом" об "тейбл” тульских судей за хамский приговор – и не только мне. (Отдельный привет г-же Свинцовой в чёрном мешке). Без Алексея Власова иска в Европейский суд не существовало бы, поэтому спасибо! Остался пустяк – дожить до победы. )

3. Небольшой предмет для гордости: я тоже “финансирую Навального”. В прошлом году не стал обращаться в его фонд за помощью в выплате штрафа (10 тыс), хотя были все возможности. Сэкономил добрым людям небольшую сумму для покупки техники. ) Бодяга с выплатой штрафа стоила нервов. А игра в кошки-мышки с приставом Суковатцевой добавила бессонниц. Пару месяцев всё же удавалось мгновенно перекидывать зарплату с дисконтной карты на кредитную (где деньги становились собственностью банка и списанию не подлежали). В итоге “сука ватная”, конечно, победила, )) но я сделал всё что мог - и по доброй воле ни копейки им не заплатил.

4 Оформил загранпаспорт. Осталось понять – зачем я это сделал.

5. Самое болезненное действие. Удаление из френдов нескольких активистов, сторонников “пи*ор – стратегии” (Кир Фёдоров и пр.) Тот случай, когда принципы перевесили личную симпатию. Но по-другому я просто не мог, это вопрос самоуважения. Возможно, для кого-то это “всего лишь одна из стратегий”, а для меня – стокгольмский синдром в чистом виде.

6. Самое сомнительное действие года: наезды на девочку Грету (при всей к ней симпатии). )) Возможно, я об этом пожалею, но до сих пор считаю, что “дети-гуру” в политике – это порочный принцип. Во-первых, хотелось бы видеть “вождя”, как минимум, со школьным аттестатом. А во-вторых, меня пугает взрослый мир, который прикрывается детьми. Этот принцип не должен стать универсальным. Иначе дети-путинисты, дети-сталинисты, дети оппозиции, дети-росгвардейцы “возглавят” взрослые движения, фронты и забастовки (или их разгоны). И мало не покажется. (Пламенный привет Саманте Смит).

7. Год прошёл под знаком расставаний. После долгих проволочек расстался с б/ф, с которым знаком лет двадцать. С “крымского” года рвать отношения, конечно, приходилось, но это были секс-знакомства, о которых не стоит жалеть. Другое дело, близкий человек, чьи “закидоны”, игры в “постмодерн” долго игнорируешь, не замечая детского имперства (хотя, оно тупое, а не детское). Не придаёшь значения играм в “сексуальное подполье”, пока не устаёшь от этого театра.

Бисексуалам часто свойственно видеть в гей-связи "одну из возможностей”, поскольку прав у них никто не отбирал. Нежелание понять, что есть ещё самоуважение, равенство, открытость, - наконец, начинает бесить. Да и отношение к насилию, как к клюквенному соку, ставит логичную точку .

8. Главным ощущением прошлого года я бы назвал освобождение. От старых связей, висящих над душой, от угасающих привязанностей, теряющих смысл. От воспоминаний, которых ты не можешь изменить. Но это не “сброс балласта” ради рывка, – скорее, это режим экономии. Можно назвать это возрастом, избавлением от зависимостей - в силу того, что не нужно нравиться, нервничать у зеркала, не нужно строить планов на “вечер пятницы”. К этой реальности надо привыкнуть, но это “новый воздух” и твой новый горизонт.

Среди новых ощущений я бы вспомнил эпизод из “Комнаты Джованни”. Быть “невидимым” – странный опыт, когда ты замечаешь идущих навстречу парней, а они тебя нет. Выгоды этой новации станут понятны со временем. А пока наслаждаюсь процессом, растворяясь в воздухе, как Чеширский кот, потому что страшно вспомнить сколько времени убито на то, чтобы нравиться миру (парням, друзьям, семье и тем, в кого влюблялся). Возвращение к себе и опыт “отдельности” – понятный и “геевский” опыт, который не должен пугать. И он не пугает.

9. Встреча с парнем этим летом (длинное слово: развиртуализация) тоже была событием. Вряд ли он меня читает, поэтому добавлю пару слов. Вообще, секс бывает проходным, “дежурным” или ярким, рутинным или нет. Но всегда есть второй план, который важнее первого "Качество" секса - очень условная вещь: иногда прикосновение стоит долгой связи. Бывают значимые встречи, где “ничего не происходит”, но долго помнятся последствия. Это как раз тот случай, когда видишь идеально подходящего парня, который (впрочем) “замужем” и вы живёте на разных планетах. Но может быть, это и к лучшему..

10. Наконец, это был год надежды. После полной глухомани и тоски “крымского” периода – вдруг ты видишь столько новых лиц прекрасной “школоты” и молодых идеалистов, которых не пугают автозаки, трудности с учёбой, угрозы фсб и университетского начальства. И это полностью меняет чувство жизни.

Когда-то двадцать-тридцать человек выходили на Тверскую, переполненную ненавистью, с радужными флагами в полной изоляции, а сегодня для поколения Жукова однополые браки в России – банальность. Мы не заметили, как выросло другое поколение, – но я никак не ожидал, что путинский застой и опыт мракобесия – могут дать такие результаты.

Главное, что этот сдвиг не-отменим, потому что дело в смене поколений. Остальное – вопрос времени. )
сентябрь

Накануне

Зашёл в "SPAR" за бутылкой шампанского. К сожалению, любимой фирмы "Рисп" не видно много лет, поэтому решил выбрать наугад. Побродил вдоль полок, но так и не решился купить привычное "Советское" полусладкое, хотя его и искал.

На бутылке, у фольги, торчит эта гнусная цифра: "1937".

Понятия не имею, к каким медалям она привязана на этикетке. Что и говорить, прекрасный повод для веселья. Прямо из застолья - в воронок (по нынешним дням - не абстракция).

Интересно, о чём думал производитель, лепя на шампанское метку арестной эпохи? Ирония постмодерна? Или тупость винодела в чистом виде? Прекрасно, кстати, подошло бы к открытию бюста "вождя".

Стало противно. Поэтому купил невнятное "Абрау-Дюрсо" с орлом на этикетке. "Русское шампанское" (что бы это ни значило), "1870".. Всё же, революция в Париже, снесена Вандомская колонна - милитаристский, имперский символ.. И родился Александр Бенуа. Надеюсь, что не пожалею... )

А пока бродил по магазину, - жалел рисковое студенчество, которое по снегу умудряется бродить с голыми ногами. )) Нас когда-то учили обратному: "ноги в тепле, голова на холоде". У этих всё наоборот.

Брюсов снова актуален: "О, закрой свои бледные ноги". )

https://www.facebook.com/alexandr.hotz/posts/1605599549579718


фото

Голубое на красном

1.

Вопрос о том, как геи знакомились в СССР – не вызывает у меня никаких ностальгических чувств. Верный ответ: "никак"; всё было делом случая. Любой сексуальный контакт между парнями был нарушением закона и уклада. Счастливое знакомство было редким исключением. Вряд ли это можно назвать "жизнью".

Разумеется, как-то встречались, находили друг друга в подполье, если вам "везло" и удавалось избежать разоблачения, психушки или уголовной статьи. (Два моих знакомых угодили под этот «каток»). Статусные лица (актёры, поэты, художники) были в большей безопасности; власть старалась их не трогать, держа на крючке в целях политического контроля. Геям "из народа" везло меньше: их ничто не защищало от репрессий, поскольку уголовная статья жила своей статистической жизнью, требуя новых жертв.

Collapse )
фото

Радости жизни

Из множества радостей жизни, доступных любому смертному, две радости всегда меня интриговали, - а точнее, озадачивали. Танцы и застолье - тот жизненный театр, участником которого мне приходилось быть (куда деваться), но кайф от этих двух занятий оставался полной тайной. )

О чём, скажите, можно говорить с набитым ртом за столом в бутылках и тарелках? Да ещё под градусом, добавляя событию долю "театра" (точнее, абсурда). Что можно обсуждать на расстоянии трёх метров, выкрикивая фразы в общем шуме? И если вы общаетесь о чём-то интересном, то стоит ли при этом жевать, подливая соседке напротив "рижский бальзам"? Глупейшее совмещение дел, мешающее есть и говорить.

Древняя традиция жевать совместно, в иерархии, в общине, вокруг одного костра, - обозначая место в структуре потребления, подтверждая статус в коллективе (даже дружеском), - видимо, является базовой потребностью человечества. Потому что просто пообщаться и поесть удобнее вдвоём, - а лучше и раздельно.

Застолье - всегда театр. Жующий человек - всегда актёр со своей аудиторией "зрителей". Вы произносите тост, вытираете губы салфеткой, пилите рыбу ножом, несёте куски ко рту, работаете челюстью, наблюдаете за жующими, смеётесь с набитым ртом, передаёте тарелки и бутылки вдоль стола, угощаете какую-нибудь даму салатом и (возможно) опрокидываете соус на скатерть. При этом, после пары бокалов "сухого", "красного" и "белого" - вы полны желания излить коллективу душу. За что вам потом неловко, но слово - не воробей.

В общем-то, застолье - это имитация нормального общения и даже имитация еды, потому что есть и говорить одновременно - очень сложно. И на сто процентов - это статусный театр, где вы обязаны показывать себя, обозначая место в общине, подтверждая ценность своего (жующего, поющего, декламирующего) бытия. Я, конечно, люблю театр, но "театры" в жизни невероятно меня раздражают.

Алкоголь раскрепощает не только инстинкты, - он снимает напряжение со связей и иерархий, которыми пронизано общество. "Размякшая" душа находит свою нишу в социальной пирамиде, уютно размещается там - и этим ценным свойством застолье ещё долго будет мило человечеству.

Помнится, на какой-то производственной конференции в начале 80-х партийное начальство решило сделать нам подарок, разложив по местам у тарелок стопки дефицитной тогда классики. Мы радостно вертели в руках подарки профкома, меняя за столом Гончарова на Пушкина и Толстого на Гоголя. Партийный секретарь подошёл пообщаться с молодым корреспондентом на какие-то текущие темы. Мы побродили по фойе и я вернулся на место, в ожидании тостов и спичей начальства. Моих книжек, разумеется, уже не было... "А где же..?" - заикнулся было я. Но понял, что это бессмысленно. Ушлые советские коллеги дружно имитировали пылкую застольную беседу.

На одной из дружеских "посиделок" 80-х, куда приятель-журналист затащил меня по случаю "днюхи" (главным образом - коллег по цеху, к которым в эти годы я относился с пиететом), я усиленно пытался отыскать тему для общения, намазывая на хлеб паштет из крабовых палочек. Десятки, в общем-то, не глупых людей трепались о какой-то дребедени, выпивая, хохоча и выбегая покурить. "Вы знаете, новость! - радостно воскликнул один из мэтров, - у нас, оказывается, кот - гомосексуалист". (Далее следовала душераздирающая история о кошачьем сексе, свидетелем которого стал автор спича). Стол покатывался со смеху, - я тоже сымитировал довольный "смешок". "А что это у нас Александр всё молчит?" - дружелюбно заметил "ответ-сек" молодёжной газеты, видимо, спеша на выручку "стеснительному юноше".. "Да вот, беру пример с Ольги.." - отвертелся я. (Мы потихонечку общались на бессмысленные темы - за соседними тарелками).

Видимо, я должен был выдать этому столу какую-то историю (вроде спича о коте), - отвечая на сигналы "свой - чужой". Если бы при этом я напился, рассказал застолью пару анекдотов и вышел покурить в кругу "кожаных пиджаков", - то был бы своим в доску. ("Привет, старик! Забегай в отдел сегодня, погудим..") Оказалось - не судьба. Я не пил и не курил, водки терпеть не мог, не знал историй про котов-гомосексуалистов, не рвался в сауну, не видел большого смысла развлекать застолье глупостями, - и вся эта комсомольская тусовка "стариков"-газетчиков под сорок - казалась мне, скорее, театром, чем "территорией смыслов". Напоминала ярмарку тщеславия, к которой не хотелось иметь отношения. Тут я был не "своим", а "чужим".

Тогда это казалось лишением, - и лишь с годами до тебя доходит, как тебе везло. Не состоять и не участвовать, не обниматься в общих пьянках, не "тусить" по кабакам, не шляться "по бабам", - из чего и состояла "творческая жизнь" бедных, маргинальных и советских мастеров пера...

Ориентация вытесняла меня в маргиналы системы, но она же - спасала от мейнстрима убогого времени. Индивидуализм стоял на страже образа жизни, мешая вливаться в компании и отвращая от любой иерархии. "Театр" советского застолья - не был исключением. Но кто сказал, что это не его обычная природа? Симпосиум (независимо от века) - это по-прежнему социальный театр. (Ни поесть нормально, ни поговорить - да ещё за вами "номер" в виде анекдота про кота.. Увольте, это без меня). ))

С танцами - похожая история. Но уже сугубо-личного порядка. Тупая "погоня за смыслами" портит жизнь кому угодно. И я - типичный представитель. "Танцульки", "обнимашки", веселуха ритмичных движений, театр телесной пантомимы, сексуальный посыл миру, - всё это банальная "фантастика" быта, мне совершенно не доступная - ни в практике, ни в теории.. )

С медленными ритмами - я ещё могу понять.. Так сложилось "исторически", что с парнями белый танец я не мог себе позволить. А с девицами - совсем уж не тянуло. Несколько парных танцев с дамами оставили у меня стойкое ощущение ужаса пополам со скукой. В ужасе я был от себя и собственного тела, - а скука исходила из самого события объятий ("бессмысленных и беспощадных"). То, что гетеро-партнёр ощущает как магический контакт, - было для меня "объятием с трупом". В то время как живой контакт с парнем (с чудом его пластики, эрекции, движения) - выглядел событием из области снов, тайных грёз и ночных поллюций. )

Не освоив "медленный" жанр в юные годы, - бессмысленно было делать это сейчас. Да и где? Да и с кем? - не вполне понятно.

Быстрые танцы в компании (как вполне бессмысленное действо) веселят меня, главным образом, возможностью самонаблюдения. В любой момент движения мне хочется спросить: "И что? Вот это всё - тебе и вправду нравится?" )) Ритмичные движения руками и ногами - в какой-нибудь шумной тусовке - это тоже социальный театр. Со своим уставом и "билетами" на входе, зрительским успехом или же провалом.

Ты всегда на сцене, - даже если в трансе полагаешь, что танцуешь для себя. Иначе можно делать это дома, в одиночестве, с тем же физкультурным успехом. Но как в любом театре, сцена ждёт от тебя актёрства, показа, демонстрации, игры на публику. Я готов полюбоваться мастерами ритмики и пластики, - но отлично понимаю, что в храме этой Музы - моё место в зале.

Зачитываясь финалом "Войны и мира", я был когда-то поражён уровнем толстовского анализа. Фатальность и свобода (события, движения, жеста) - обретала черты философской проблемы. "Вот я поднимаю руку (писал автор), что заставляет меня это сделать, - в какой мере событие жеста - свободно, а в какой - предопределено суммой причин?"

Оставшись "вечным школьником", я задаюсь порой похожими вопросами, в которых смыслы - интереснее события. "Вот я ритмично двигаю руками и дёргаю бёдрами под музыку.." (думаю я), есть ли в этом хоть какой-то смысл - кроме физкультурного и театрального? )) Зачем мне это надо и что я пытаюсь сказать? Почему это так утомительно: выглядеть, казаться, а не быть? Толстовские "проклятые вопросы" - ближе и понятней моей природе, чем обычная скачка по подиуму.

Замечу вообще, что "отключение мозгов" - огромная проблема. С танцем, алкоголем и застольем - совершенно не сложилось.. Правда, есть ещё и секс, но с ним - намного проще. Сексуальный механизм - мощный "нейтрализатор" любых бытовых и культурных смыслов. Вовлечённому в процесс, тебе уже некогда думать о значениях действий.
Впрочем, даже здесь у классики - собственный взгляд. "Что думал ты в такое время, когда не думает никто?.." - спрашивал Мефистофель у Фауста. (Которому было "глубоко за..." и он мог позволить себе "думать").

Природный и ценный дар "не думать", а просто ловить кайф от жизни - большой талант, с которым мне не повезло. Поэтому с обочин этой радости я наблюдаю за чудесными, пластичными парнями на танцполе, - восхищаясь и немножечко завидуя. Радуясь за них - как за себя. )
фото

Женька.

Когда речь заходит о "внутренней гомофобии", я вспоминаю о себе. Для советского студента - опыт почти неизбежный.

В институте я учился с парнем, о котором почти точно знал, что он гей. Это было ясно на интуитивном уровне, а не потому, что "выдавало поведение". Немного близорукий, он стеснялся носить очки. Поэтому глаза казались удивлёнными, широко смотрящими на мир.

Мы сталкивались с ним в воротах родной "усадьбы", где в глубине двора розовел старинный корпус "филфака". Насколько помню, не здоровались. Не только потому, что не были друзьями, но по его глазам трудно было понять - узнаёт ли он меня в принципе? Или мутный образ однокашника смазывал карту будней.

Признаюсь, что "образ" был, и вправду, "мутным". Не буду повторяться, но я слабо понимал природу своей сексуальности и жил в особом "двоемирии" - между опытом влюблённости в парней и отрицанием того, что называлось "гомосексуализмом".

Collapse )
фото

Роскошь быть собой (к Дню камин аута).

Первый камин аут я пытался совершить в институте. На интуитивном уровне у меня не было сомнений в своей ориентации, - но человек живёт ещё и головой. Я старался об этом просто не думать.

Да и слова "гей" в годы моего двадцатилетия не существовало. В лучшем случае, я мог быть "гомосексуалистом" (со всеми медико-правовыми последствиями). Либо именоваться как-то иначе, на языке подворотни, которой я был совершенно чужд. Для студента-филолога (с культурой в центре его интересов) факт именования был особенно важен. И если чувственность не "вписывалась" в культурных обиход, - её стоило блокировать..

Впрочем, юность брала своё, я то и дело влюблялся в парней на соседнем "истфаке", а барочная (порочная) романтика наших любимых стен ХVIII века - потакала тайным страстям. ) Симпатичный друг-историк привлекал меня различными талантами - от вьющихся волос до исполнения Рахманинова (с красочным отбрасыванием прядей со лба). Не имея близких друзей, я делился "тайной" с дневником. Невзрачных и серых тетрадок за 10 копеек набралось на добрый сеанс у психоаналитика (если бы они водились в "совке"). С психиатром же делиться было не с руки...

Collapse )
фото

Двоемирие.

Сексуальность и "совок" (колонка для "Парни Плюс" https://parniplus.com/)

Для советского школьника, верящего в научное знание, угроза показать его врачу за излишний интерес к мужскому пенису была сильнейшим стрессом.

Не сказать, что я был чересчур сексуально-активным в свои одиннадцать, но правило спать с руками поверх одеяла - казалось естественным делом, ограждающим здоровый организм от "порочных" нагрузок. Я вполне доверял взрослому миру, который (опираясь на науку) знал о мальчиках моего возраста гораздо больше меня самого. (Кем я был, чтобы спорить с этим?)

Видимо, в те годы сексуальный принцип удовольствия навсегда "развёлся" с женским миром, разлетевшись по разным планетам. Это были параллельные вселенные, годные лишь для формальных контактов. Ничего интимного и «тайного» их уже не связывало.

Collapse )
фото

"И мой флажок качается среди больших знамён.."



Моё отношение к революции сильно менялось с возрастом. Можно сказать, что оно колебалось вместе с духом времени, - и что удивительно, продолжает меняться по сей день.

В школе (ясное дело) оно было абстрактно-литературным и оторванным о реальности. "Неуловимые мстители" бередили воображение романтикой юного братства, и пока сверстники восторгались смелостью и ловкостью героев, я влюблялся в их мужские типажи.

"Я Буба, Касторский, оригинальный куплетист.." - до сих пор этот Буба - герой моего детства, наш с Вовкой кумир, неуловимо похожий на самого друга, в которого я был влюблён. "И что это я в тебя такой влюблённый?" - ржали мы, хотя уже тогда эти слова имели для меня другой, тайный смысл.

На демонстрацию 7 ноября я ходил с маминым училищем, где она преподавала, в шумной толпе девах с флагами и плакатами. На плакатах были странные мужчины - увлечение которым (мужчинами - не вождями) скоро станет темой моей жизни. На случай демонстраций дома хранился красный флажок (бережно свёрнутый и сшитый мамой), чтобы и я не был чужим на этом празднике жизни. Чувство причастности к чему-то значительному, что выводит на улицы тысячи людей, долгое время наполняло меня гордостью.

Collapse )